Алогритмы
@alogritmy

Стихи: классика и современная поэзия. Выбор Льва Оборина
398  
Алогритмы
2019-06-15 

Игорь Булатовский. ***. Шарканье жестяной лопаты. по льду: шарк, шарк, шарк.

В семь утра, чем богаты,
тем и рады шуршать
эти поскребыши ночи
в мягком еще мозгу,
как шаг слуховых отточий
вместо слов «не могу» –
ни спать уже, ни проснуться,
только просунуться мозгом туда, где
под ударами секундного кнутца
шаркает жесть по мертвой воде.
Алогритмы
2019-06-13 

Осип Мандельштам. ***. С розовой пеной усталости у мягких губ

Яростно волны зеленые роет бык,
Фыркает, гребли не любит — женолюб,
Ноша хребту непривычна, и труд велик.
Изредка выскочит дельфина колесо
Да повстречается морской колючий еж,
Нежные руки Европы, — берите все!
Где ты для выи желанней ярмо найдешь?
Горько внимает Европа могучий плеск,
Тучное море кругом закипает в ключ,
Видно, страшит ее вод маслянистый блеск
И соскользнуть бы хотелось с шершавых круч.
О, сколько раз ей милее уключин скрип,
Лоном широкая палуба, гурт овец
И за высокой кормою мелькание рыб, —
С нею безвесельный дальше плывет гребец!
Алогритмы
2019-04-12 

Александр Скидан. ***. вбегает мёртвый господин. он так один

он так один никто не понимает
собака лает
он и хотел бы время удалить
да вот приходится вбегать и снова жить
он так один у смерти на крючке
и гёте гёте в рюкзачке
Алогритмы
2019-04-05 

Эжен Гильвик. ***. Когда не станет меня на свете,. На плечи скал навалится

Новое бремя,
День, тревожнее, чем всегда,
Потянется к морю.
Может, пчела к цветам
Своей полетит дорогой,
Но цветы будут больше ценить
Росы прозрачную тяжесть.
Грязь в колеях будет прохожих ждать
Уже не с таким нетерпеньем,
Будет больше бояться солнца
Дно соседней каменоломни.
Вам будет меня не хватать:
Я связывал вас друг с другом.
Кто будет теперь заполнять
Пропасть, лежащую между вами?
Все вы будете
На меня в обиде,
Что нет меня с вами.
_
пер. с французского М. Ваксмахера
Алогритмы
2019-04-05 

Алексей Сальников. ***. Межсезонье забито такими глухими ночами,

Что забитые ночи безвылазны сами собой,
И знакомые длинные руки дают на прощанье
И на ножках коротких тихонько уходят домой,
Растворяясь в натуре. Она, тяжела и бесцветна,
Постепенно становится рыжей, такая лиса,
Что глядит на людей без любви, но с печалью, и это
Не печаль настоящая, а выраженье лица.
Алогритмы
2019-04-05 

Мария Клинова. ***.           л. в. всход внутри предиката

диктует иные порядки, и вещи ложатся, как если бы
всё, разрастаясь вовне, уходило из этих систем.
всполох сбивает нас с ног,
притом нам хорошо, так как мы исчезаем.
здесь никто никого называет,
и я вижу тебя постоянно, как если б трава
вырастала на наших телах.
Алогритмы
2019-03-22 

Евгения Риц. ***. Брат Олежек,. Блат олешек,. Плат орешек –

Сколько платьев у дерева,
Листьев у доски,
Из которой нарежут пешек
Земляные глинистые пески,
Гнилистые мостки
Не скрипнут, но хлипнут
Всей своей влагой, впившейся в волокно –
Корень пил её, и она впилась,
Ствол сосал её
Лип-
Кую сласть,
А теперь ветер и песок
Тоже пьют её, как сок,
Давным-давно
Люди были деревьями,
А деревья были людьми,
Как мошенники на доверии
Тёрлись ласковые дымы,
Они тоже были, как ствол и крона,
А их корни росли в печах.
Все росли, одного Закона
Всем хватало. Но вот печаль
Не хотела быть деревом, не хотела быть братом,
А хотела быть лодкой в таких печах,
Где бы правым и виноватым
Каждый сам себя назначал.
И была она так прозрачна,
Так светла была, что за пар
Её принял любой палач, но
Не тот, кто ещё не пал,
Кто жил сам на глубоких ветках
И смотрел высоту пустот,
Брат Олежек,
Блат олешек,
Плат орешек
Охотник меткий
И всегда попадает в рот.
Когда люди были деревьями,
Но деревья уже без сил
Голосили, и староверами
Их назвали, он нас простил
И сорвался плодом и азбукой,
И пророком и вещуном
Его голос сухой, неласковый
Пошевеливал в каждом дно,
И, наверное, кто-то заново
Пожалел и не стал бы жечь,
Как кора пожимает ранами
Изнутри дровяную печь,
Но печаль стала новой азбукой,
Угловатой и нефтяной,
Оттого он всегда опаздывал
За горючей её спиной.
Алогритмы
2019-03-22 

Ян Сатуновский - Поэзия. Я вам говорю: чудес не бывает. Меня. ветрянкой называют.

А я не ветрянка,
а Черная Оспа.
Когда вы поймете, будет поздно.
Алогритмы
2019-03-06 

Александр Ожиганов (1944-2019). ***. Очнуться, выйти на зачумленном кольце.

Жизнь отвратительна. Особенно в конце.
С начальной грамотой утрачивая связь,
вмерзают мамонты в аттическую вязь.
Еще не замерла кровь, не успела слезть
с колоды мрамора дорическая шерсть.
Но бивни выбиты. Сдирая алфавит,
откроешь в глыбе ты гиперборейский стыд.
На самом деле мы найдем летейский луг:
Весь асфоделями зарос трамвайный круг.
Алогритмы
2019-02-27 

Владимир Гандельсман - Элегия. Воплощение. Меня, со всеми мыслями моими

и чувствами извивчиво живыми,
как червь, как ветвь, как Критский лабиринт,
где нить горит,
меня, вольфрамовой молниеносной нитью
спасённого, прошьёшь какой-то гнитью?
Мою, со всей листвой и хвоей леса,
где пёстрые мелькают гирьки веса,
пощёлкивая, плача, хлопоча,
где, как парча,
вбирает солнце земляничная поляна,
жизнь распылишь, чтоб стала неслиянна
сама с собой, с великолепьем тождеств,
когда в кругу божеств, а не убожеств
я то, что предо мной? – Вот чайный куст,
он многоуст
в своём цветении, он кожист, острозубчат,
а вот ночной корабль, дымящ и трубчат.
Я, подходящий к линии прибоя
ступнёю тронуть вещество припоя,
запечатлённый мальчик, птичья кость,
берущий горсть
песка зернистого, текущего меж пальцев,
я буду вычеркнут из постояльцев?
Корабль плывёт, вода черна, Эвксинский
Понт, а внутри – мир аурелий склизкий,
и звёзд морских, и пурпурных ежей,
шесть падежей,
три наклонения, глагол, предлог, причастье,
пиши в тетрадь, вот слово есть: запястье.
Ты помнишь ли его, из-под манжета
оно виднеется в загаре лета,
а там любовь и солнечный удар,
а там базар,
пропахший паприкой, колендрой, сельдереем,
а там зима пыл охладит Бореем.
Меня, с моею памятью, столь цепкой,
что если я задуман мёртвой щепкой,
то для чего ноябрь, снег в фонаре,
лиса в норе,
подлунные поля, как простыни льняные
из синьки, и оконца слюдяные?
Так въесться в мир, как в мир себя врезает,
зигзагами, как будто разгрызает
пространство, в снеговую канитель
одевшись, ель, –
всходя, над ярусом надстраивает ярус, –
в два профиля неколебимый Янус!
Так впиться в мир, чтоб он в тоске прицельной,
меня увидев с ясностью предельной,
как я – его, меня не отпустил, –
каков настил! –
дощатый, хвойный, ледяной, морской, небесный,
любой – ты без меня пустой и пресный!